Туколонь: сто гектаров вещественных доказательств

Из-за длящихся уже больше года судебных разбирательств особо охраняемая на глазах превращается в пожароопасную свалку природная территория, на которой были проведены сплошные санитарные рубки, и источник распространения стволовых вредителей
Гниющие вещественные доказательства
Гниющие вещественные доказательства

Ещё недавно известный лишь узкому кругу специалистов заказник «Туколонь», находящийся на землях Казачинско­Ленского лесничества, в одночасье прогремел на весь мир. Печальной славе во многом способствовал запущенный в Интернет видеоролик, на котором с помощью квадрокоптера запечатлён участок вырубленного леса. «О творящихся в заказнике безобразиях» с подачи «Гринпис» и природной прокуратуры начали писать в средствах массовой информации. Следственным комитетом РФ было возбуждено уголовное дело о незаконных рубках на территории особо охраняемой природной территории. Меж тем непосредственные участники этой истории — и те, кто рубил лес, и те, кто давал на это разрешение, до сих пор уверены, что делали всё правильно и законно. Более того, считают, что повреждённый сначала пожаром, а потом и стволовым вредителем древостой в санитарных целях нужно было убирать на гораздо большей территории.

На прошлой неделе в заказнике «Туколонь» побывала рабочая группа, в которую вошли специалисты регионального министерства лесного комплекса, Рослесозащиты, областной общественной палаты, а также экологи­общественники и журналисты. Главная цель — оценить состояние древостоя на местах санитарной рубки, где так и не были проведены очистка территории от порубочных остатков и оздоровительные мероприятия по лесовосстановлению. До места назначения добирались на гусеничных вездеходах — на другой технике по местным дорогах сейчас не проедешь.

— В Казачинско­Ленский район я приехал летом 2016 года из Тулуна — отправили помогать тушить здесь пожары, — знакомит с ситуацией начальник территориального управления Казачинского­Ленского лесничества Сергей Евсюков. — Тогда практически весь район горел, в том числе и леса заказника «Туколонь». Техники и личного состава было задействовано очень много — из других лесничеств, с авиабаз. Специалисты приезжали аж из самого Иркутска. Общими усилиями стихию удалось обуздать, однако в некоторых местах огонь сумел даже перезимовать где­то под снегом, что лишний раз говорит о масштабах того бедствия. Очаги возгорания были зафиксированы в разных местах. Причиной стали и так называемые сухие грозы, и человеческая беспечность. Ну а как ещё можно объяснить тот факт, что в некоторых случаях пожар начался у реки? Виновников, как это часто бывает, не нашли...

Как припомнил Сергей Геннадьевич, ещё в бытность работы в Тулуне ему несколько раз удавалось ловить поджигателей травы на полях, примыкающих к лесу. Чаще всего это были охотники за металлом — в чистом поле ведь гораздо удобнее искать всякие железяки. Брал злоумышленников на месте преступления, однако, как потом выяснилось, ни одно уголовное дело так и не было открыто — в полиции ушлые ребята уходили в отказ, и буквально на следующий день их просто выпускали.

В наше время, по мнению эксперта, тоже необходимо ужесточать наказание за подобного рода деяния. Может, не так кардинально, как в бюллетене почти столетней давности «О поджогах леса», где рекомендуется «застигнутых на месте преступления поджигателей убивать на месте». Однако реальные сроки лишения свободы помогут остудить некоторые горячие головы.

— В 2017 году, когда я уже возглавил здешнее лесничество, как полагается по инструкции, было проведено всестороннее обследование повреждённых огнём участков тайги, — продолжает Сергей Евсюков. — Необходимые документы были отправлены во все нужные инстанции. Их проверили — замечаний не было. Акт лесопатологического обследования был одобрен на уровне Сибирского федерального округа. В полном соответствии с буквой закона местному лесхозу выписали договор купли­продажи и в январе 2018 года в 276­м, 301­м и 302­м кварталах приступили к сплошной санитарной рубке. Общая площадь работ составила 96 гектаров. Это при том, что площадь всего заказника около 110 тыс. га.

Сейчас некоторые горе­специалисты пытаются обвинить нас в том, что это была сплошная рубка. Но одного взгляда в нормативные документы достаточно, чтобы увидеть, что в эксплуатационных лесах (а вызывающий споры участок на тот момент относился к этой категории) на особо охраняемых территориях может проводиться только такой вид рубки. Выборочная здесь запрещена. Да она просто неэффективна — практически вся древесина погибшая, ну или близкая к этому состоянию.

Работники лесхоза уже практически завершили очистку указанного участка, когда в дело вмешались «Гринпис» и прокуратура. Как итог — Следственным комитетом возбуждено уголовное дело. Многие работники лесного комплекса подверглись арестам и допросам. Три специалиста и сейчас находятся под стражей. При этом я до сих пор считаю, что мы всё делали правильно. Более того, рубить в санитарных целях в этих местах нужно было гораздо больше — лес очень сильно заражён стволовыми вредителями.

Первая остановка. Именно здесь находится граница того злополучного пожара 2016 года. Зрелище унылое, если не сказать больше: здесь без всяких декораций вполне можно снимать сказочный мёртвый лес, в котором живёт всякая нечисть. Большая часть совсем ещё молодых (20—50 лет) деревьев просто засыхает на корню.

— А ведь если снять этот участок сверху — с квадрокоптера или из космоса, то окажется, что он ещё вполне себе зелёненький, — поясняет начальник отдела дистанционных наблюдений Центра защиты леса Иркутской области Игорь Сумин.

С помощью топора он снимает кусок коры с самого здорового, как могло показаться, дерева в округе. Внутри колония вредителей — личинок жука­усача, тихо делает своё неблагодарное дело.

— В этом году засохнет… — выносит вердикт специалист.

По словам Игоря Сумина, за последние чуть больше года он приезжает сюда уже в третий раз. Первый визит был в марте 2018­го.

— Тогда в Туколонь приезжали специалисты департамента лесного хозяйства по Сибирскому федеральному округу и представители «Гринпис», — говорит Игорь Юрьевич. — Заложили пробы на 100 деревьях. Подсчитали, сколько из них заражено стволовыми вредителями, количество ожогов, прогаров корневых шеек. В принципе обоснованность рубок была в целом подтверждена уже тогда. Единственное, что из­за высоты снежного покрова не сумели в полном объёме исследовать прогар корневых шеек. Но в итоге делу всё равно был дан ход. Второй раз я приехал в эти места летом 2018­го в составе делегации, в которую были включены специалисты центрального аппарата ФБУ «Рослесозащита», их коллеги из Республики Бурятия и Красноярского края, а также экологи­общественники. И здесь никаких сомнений в законности сплошных рубок на данных участках леса ни у кого не возникло. Тем не менее воз и ныне там...

Если провести аналогию с человеческим организмом, то заражённые участки — это как клетки раковой опухоли. Чтобы спасти весь организм, в большинстве случаев необходимо идти на кардинальные меры — проводить операцию по удалению. Естественно, что наряду с больными под скальпель хирурга попадают и здоровые клетки. Здесь та же история: какая­то часть спиленных деревьев, возможно, и была ещё жизнеспособна, но, поверьте, после пожара столь высокой интенсивности, который прошёл здесь в 2016­м, количество их было совсем небольшим.

— В июне 2018 года в заказник приезжал самый авторитетный на сегодняшний день лесопатолог России — заместитель директора ФБУ «Рослесозащита» Василий Тузов, — вступает в разговор Екатерина Удеревская, эксперт общественных палат Российской Федерации и Иркутской области, председатель экологической ассоциации «Байкальское содружество». — На разработках этого учёного, на его книгах сейчас основывается вся современная отечественная лесопатология. Его заключение было весьма кратким и ёмким: «Данный участок нужно было спилить ещё лет 50 назад, хорошо, что хоть сейчас это догадались сделать».

Когда наша небольшая экспедиция прибыла в главный пункт назначения — тот самый очищенный от больных деревьев участок, из­за которого и разгорелся весь сыр­бор, Екатерина Удеревская отметила, что ситуация здесь заметно изменилась. Отнюдь не в лучшую сторону. По её наблюдениям, деревья, которые всего год назад выглядели вполне себе здоровыми, сейчас лежат на земле с вывороченными корнями. Дело, начатое стволовыми вредителями, довершили суровые погодные условия северного края. Ветровал повсюду. Картина ужасающая. Трудно даже представить последствия дальнейшего развития событий. Эпидемия, если это можно так назвать, уже проникла вглубь некогда живого леса по всему периметру вырубленного участка. Повсюду высохшие деревья, с которых уже полностью облетела кора... На ум невольно пришли строки из знаменитой песни Высоцкого: «Страшно, аж жуть!»

— Налицо незаконченность технологического процесса, — даёт оценку ситуации Михаил Черемных, советник Государственного управления надзора в области организации функционирования государственных заказников регионального значения министерства лесного комплекса Иркутской области. — В результате территория остаётся захламлённой, здесь происходит развитие карантинных организмов и, что самое страшное, с каждым днём увеличивается пожароопасность. Зверю тут тоже некуда податься — никакой кормовой базы, да и в завалах этих можно легко застрять.

А всё дело в том, что участок в 96 гектаров, где в начале 2018 года была проведена санитарная рубка, оказался в самом настоящем плену амбиций прокурорских работников: оставшиеся лесоматериалы, порубочные остатки и разная древесная рухлядь — всё это теперь вещественные доказательства по уголовному делу. И никому нет дела, что скоро в эти края традиционно придёт жара и любой искры будет достаточно, чтобы заказник «Туколонь» снова превратился в огненный ад.

— Нам даже опашку нельзя сделать, — сокрушается глава местного лесничества Сергей Евсюков. — А здесь, посмотрите, настоящий деревянный «пол»: начнёт полыхать — остановить огонь будет практически невозможно. Когда горит снизу, даже спецтехнику к тушению не подключишь. За считанные часы все эти ныне улики превратятся в пепел, так ещё и здоровый лес стихия захватит. Кто в этом случае будет виноват? Опять мы: не обеспечили уборку территории. А ведь, если бы не было запрета, работники лесхоза ещё в прошлом году здесь всё прибрали — что­то сожгли, что­то вывезли, а затем в рамках лесовосстановления засеяли бы всю территорию семенами сосны. Сегодня мы бы уже могли наблюдать маленькие годовалые побеги. Жизнь снова вернулась бы в этот лес, как это сейчас можно наблюдать на некоторых делянах Туколони, где сплошную санитарную рубку провели наши предшественники ещё в 90­х годах прошлого века.

Кстати, теперь никакую санитарную рубку в заказнике уже проводить нельзя: месяц назад Рослесхоз перевёл все местные леса в разряд защитных. Можно рубить только выборочно, но, думаю, после нашей истории любой специалист лесной отрасли сто раз подумает, прежде чем срубить даже полностью засохшее дерево. Получается, захламлённость наших лесов будет с каждым годом нарастать, а стало быть повышаться их пожароопасность.

И ещё. Тут некоторые диванные эксперты кричат что­то про украденный в Туколони лес. Ответственно заявляю, что все срубленные нашим лесхозом в санитарных целях деревья были переработаны в пиломатериал. Деньги от его реализации поступили в бюджет региона и страны. На всё есть соответствующие документы.

P. S. По результатам рабочей поездки, организованной министерством лесного комплекса Иркутской области, был составлен акт.

Решено:

1. Рекомендовать Центру защиты леса Иркутской области в рамках работ по государственному лесопатологическому мониторингу провести обследование участков леса в заказнике «Туколонь», повреждённых пожаром. В результате обследования дать оценку санитарного и лесопатологического состояния, подготовить реестр лесных участков, где необходимо лесопатологическое обследование инструментальным способом. Направить информацию в министерство лесного комплекса.

2. Министерству лесного комплекса Иркутской области, с учётом результатов государственного лесопатологического мониторинга, подготовить предварительный расчёт необходимых финансовых средств для проведения лесопатологического обследования и для приведения территории заказника «Туколонь» в санитарном и лесопатологическом отношении в состояние, соответствующее требованиям Лесного кодекса РФ. Результаты государственного лесопатологического мониторинга и предварительного расчёта направить всем заинтересованным лицам.

3. Министерству лесного комплекса Иркутской области направить в Следственный комитет информацию о необходимости проведения мероприятий по очистке лесосеки от порубочных остатков, подготовке почвы под лесовосстановительные мероприятия.

Мнение экспертов

Виктор Васильевич Попов, кандидат биологических наук, ответственный редактор Красной книги Иркутской области, главный редактор «Байкальского зоологического журнала»:

— Выводы очевидные: лес в местах, где мы побывали, действительно находится на месте пожарищ, и он серьёзно болен. А вот территории, где уже было проведено лесовосстановление, порадовали. Зверьё туда возвращается. Пока ехали, видели изюбрей. Сам я, прогуливаясь по лесу, обнаружил следы медведя, много свидетельств жизнедеятельности косуль, лосей, глухарей. По всем признакам здесь наблюдается довольно высокая численность мышевидных грызунов.

Александр Константинович Луценко, заместитель председателя комиссии по экологии и охране окружающей среды, член комиссии по правам человека, общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов и силовых структур общественной палаты Иркутской области:

— Воочию убедился, что территория, на которой мы сегодня побывали, поражена вредителем очень серьёзно. Лесохозяйственная деятельность здесь остановлена, а это ведёт к распространению очага поражения стволовым вредителем, который уходит всё дальше в лес, перекидываясь на здоровые деревья. Необходимо принимать срочные меры — в первую очередь детально обследовать территорию и найти решение для локализации этого очага.

Артём Анатольевич Позёмин, начальник отдела охраны и защиты лесов министерства лесного комплекса Иркутской области

— Кто-то скажет, что мы всеми силами пытаемся защитить честь мундира министерства лесного комплекса Иркутской области. Конечно, это тоже присутствует, тем более что мы не считаем себя виновными — мы всё делали в соответствии с законом. Но всё же наша первоочередная задача — достучаться до ответственных работников, чтобы нам разрешили привести в порядок участки, где была проведена санитарная рубка. Сейчас их состояние просто катастрофическое! У нас здесь уже были лучшие специалисты страны в области лесопатологии, были учёные из Института леса. Все они подтвердили обоснованность рубок на конкретном участке. Сейчас вот на нашей стороне оказался и Арбитражный суд. Но правоохранительные органы почему-то не хотят прислушаться к здравому смыслу...

Участок, где провели санитарную рубку, давно необходимо очистить  от порубочных остатков
Участок, где провели санитарную рубку, давно необходимо очистить от порубочных остатков
Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments