Работали без сна и отдыха

Во время массовых лесных пожаров в Иркутской области не пострадал ни один жилой дом
Режим ЧС ввели в Иркутском, Баяндаевском и Боханском районах
Режим ЧС ввели в Иркутском, Баяндаевском и Боханском районах

Министр лесного комплекса Иркутской области  Сергей Шеверда
Министр лесного комплекса Иркутской области Сергей Шеверда

Тревожную ночь с 8­го на 9 мая пришлось пережить иркутянам — город буквально заволокло дымом. Завеса в некоторых районах была настолько густая, что в нескольких метрах не видно было стоящего рядом строения. Спасаясь от угарного газа, люди вынуждены были наглухо задраивать окна. При этом в самом областном центре ничего не горело — причиной же столь бедственного положения стали лесные пожары, полыхавшие в близлежащих районах. «Огонь подступает к Большому Голоустному, Усть­Балею, Московщине, Лыловщине, Горохово, Ширяево, горят леса вдоль федеральной трассы в Ангарском районе...» Соцсети были буквально завалены сообщениями о разбушевавшейся стихии. «Где пожарные? Почему ничего не делается для исправления ситуации?» — вопрошали тогда жители региона.

— Пожарные как раз в это время были заняты делом, — уже сейчас, когда стихию удалось обуздать, рассказывает министр лесного комплекса Иркутской области Сергей Шеверда. — В пиковые моменты под угрозой у нас был 21 населённый пункт, и, чтобы не пустить огонь к жилым домам, нашим специалистам приходилось без сна и отдыха работать у кромки пожара — делать минерализованные полосы, заливать очаги водой. В этой связи хотелось бы донести до руководителей муниципалитетов и до жителей сёл и деревень, что появление лесных пожарных в самом населённом пункте означает только одно: ситуация близка к критической, утихомирить стихию в лесном массиве не удалось, и теперь нужно спасать строения. К счастью, у нас до этого дело не дошло — из­за лесных пожаров в эти майские дни не пострадал ни один дом.

— Что стало причиной столь стремительного распространения огня в районе посёлка Большого Голоустного?

— По предварительным данным, начало гореть поле, потом огонь перекинулся на стоящие рядом юрты. Что стало причиной произошедшего, сейчас разбираются правоохранительные органы, но налицо человеческий фактор — непотушенный костёр, пал травы, а кто­то из местных уверял, что недалеко от того места находится свалка, которую время от времени кто­то поджигает. Наши силы прибыли туда буквально через 40 минут после сообщения о возгорании. Но пожарные не успели даже шланги развернуть, как порывом шквалистого ветра, скорость которого достигала 25 метров в секунду, огонь понесло в направлении посёлка. За полтора часа пожар приблизился к населённому пункту на 6 километров. Вот тогда было принято решение снимать людей с кромки и направлять их вместе с техникой в Большое Голоустное и находящуюся рядом турбазу. Задача была не допустить возгорания жилых построек. И только когда стало ясно, что угроза миновала, десантники вернулись в лес, к прежней работе.

— Почему при тушении пожаров не были задействованы самолёты Бе­200?

— Ну, во­первых, своих самолётов­амфибий у правительства Иркутской области нет. Они есть в Красноярске, но в дни описываемых событий находились в Забайкальском крае. Во­вторых, чтобы данная техника работала эффективно, по подсчётам специалистов, нужно, чтобы большая вода находилась в непосредственной близости от пожара. Самолёт на одной заправке топлива должен делать пять­шесть выбросов воды. В Большом Голоустном теоретически можно было его применить, однако акватория Байкала в том месте была ещё недостаточно открыта — садиться на воду мешали льдины. Кстати, когда горели леса Национального парка, к месту пожара прилетал вертолёт МЧС Ми­8 с водосливным устройством, но из­за погоды его нельзя было задействовать.

— В Интернете гуляет видео, на котором показано, как злоумышленники специально поджигают деревья с помощью хвороста. Что можете сказать по этому поводу?

— Мой заместитель, который в конце апреля помогал тушить возгорание в Ангарском районе, рассказывал, что видел что­то похожее. Кому и зачем это всё понадобилось, не знаю. Этим делом сейчас занимаются правоохранительные органы.

— Почему в области так и не был введён режим ЧС?

— Мы ввели такой режим в местностях, которые реально пострадали от пожаров: это Иркутский, Баяндаевский, Боханский районы. Вводить ЧС на территории всего региона было нецелесообразным. Мы и без этого за два с половиной дня в проблемных районах сумели нарастить наши силы в три раза. Если на 5 мая у нас здесь работало 93 единицы техники и порядка 300 человек, то к утру 8 мая парк техники вырос до 313 единиц, а число специалистов — до 965.

P. S. По сообщению пресс­службы Иркутской области, 13 мая в лесном фонде Иркутской области обнаружено и ликвидировано два новых пожара на общей площади 23 га: по одному — в Усольском и Заларинском районах. Также потушено четыре ранее обнаруженных очага на общей площади более 3200 га, в том числе более 2500 га, покрытых лесом: два в Иркутском районе, по одному в Осинском районе и Ангарском городском округе. В локализованном состоянии на землях лесного фонда на утро 14 мая оставалось два пожара на общей площади 6550 га, в том числе на 6050 га, покрытых лесом: по одному пожару — в Боханском и Ангарском районах. Также локализован природный пожар на землях ФГБУ «Заповедное Прибайкалье» на площади 1250 га в Иркутском районе. Действовало одно возгорание на общей площади 1500 га в Иркутском районе. 

В борьбе со всеми природными пожарами 13 мая было задействовано 84 пожарных­десантника, 196 сотрудников лесной охраны, 25 мобилизованных граждан, 75 единиц наземной техники.

Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments